Большинство спортивных фотографов используют длиннофокусные объективы, чтобы приблизить спортсмена, показать его лицо, мышцы и детали трюка.
Если вы откроете журнал National Geographic, то почти наверняка наткнетесь на снимки, от которых захватывает дух: бездонные пещеры, вершины Анд или затерянные в джунглях артефакты. За многими из этих кадров стоит один человек — Стивен Альварес (Stephen Alvarez), штатный фотограф издания с 1995 года.
Представьте кадр: рынок, красиво разложенные персики, нектарины. Продавец с модельной внешностью. И женщина с полными сумками овощей, выбирает себе еще и нектарины. А теперь рассмотрите внимательнее этот снимок и вы... удивитесь.
Если вы хоть раз видели в сети нереальные, забитые неоном и деталями снимки Токио, которые больше похожи на кадры из «Бегущего по лезвию» или аниме «Акира», то с вероятностью 99% это были работы фотографа под ником RK (Рёсукэ Косугэ).
Наука — это не только строгие формулы и сложные графики, но и невероятное искусство, скрытое от невооруженных человеческих глаз.
Когда мы думаем о Стамбуле, в голове сразу возникают образы древних мечетей, пролива Босфор, чая в стеклянных стаканчиках и ленивых котов.
Представьте снимки, на которых привычные пляжи, заброшенные здания или оживленные улицы Токио выглядят так, будто на них опустилось облако светящихся фей или скопились тысячи светлячков. При этом на фото нет ни одного человека.
Представьте: вы стоите посреди пустынного шоссе в Колорадо, а прямо на вас наплывает гигантская, закрученная в идеальную спираль туча. Она выглядит точь-в-точь как космический корабль пришельцев из фантастического блокбастера.
Представьте: вы ловите такси в шумном, пропахшем бензином и дешевым кофе Нью-Йорке 80-х. За рулем — парень, который не просто крутит баранку, а жадно всматривается в лица прохожих через лобовое стекло.
Вы когда-нибудь задумывались, почему мы так залипаем на портреты зверей, где у них «совсем человеческие глаза»? До середины прошлого века животных снимали либо как охотничьи трофеи, либо как сухие иллюстрации для учебников.
Леонард Фрид — это имя, которое у многих ассоциируется с суровой документалистикой и борьбой за гражданские права. Но сегодня мы хотим показать вам другого Фрида. Того, кто умел разглядеть нежную улыбку в суровых буднях и поймать тот самый «добрый» кадр, от которого становится тепло на душе.
Представьте: бесконечная ледяная пустыня, пронзительный ветер и оглушительная тишина, которую можно буквально почувствовать через экран. А еще холод и, пробирающаяся под любой слой одежды, влажность.
